— Вы затронули очень сложную тему, что теракты – это тоже вина и проблема нашего юного гражданского общества. Но вспомним теракты в Америке, Англии…
— Конечно! Только в тех странах, где сильно гражданское общество, которое не позволяет власти помыкать собой, только там и соблюдаются права.
— То есть в этом общество виновато, а не власти?!
— Именно. Просто человек, пусть и воодушевленный соображениями о всеобщем благе, правах человека и сильном государстве, как только попадает во власть – быстро понимает, что легче, проще, командовать, чем договариваться. И он будет командовать, но только в той мере, в какой ему позволяет это делать общество.
—- Ангелы — это вообще не про людей определение.
— Триумфальную получили, потому что мы полтора года этого добивались - пришлось разрешить. Но, совершенно верно, - у нас во власти нет никаких неординарных злодеев. Как, впрочем, и ангелов. Но ангелов во власти нет нигде: ни в Германии, ни в США, ни в Великобритании. Ангелы политикой не занимаются.
— Но вам не кажется, что последнее время власть как раз пытается идти навстречу гражданскому обществу, наладить какой-то диалог? В конце концов, лично вы получили свою Триумфальную.
— Чтобы от этого избавиться как раз и нужно сильное гражданское общество. Опытное, осознающее свои интересы, умеющее принудить власть считаться с ним, способное показать людям власти, что те - лишь наёмные рабочие, пусть и дорогостоящие.
— После «Домодедово» все вновь задаются вопросом: «Что делать, чтобы такое больше никогда не повторилось?». Ваш вариант?
— Они как раз раньше всего сложились. А наиболее организованные из них, наиболее опытные, более независимые – это правозащитники и экологи. Хотя бы потому, что правозащитное движение существовало у нас и в суровое для него советское время. Если мы тогда выживали, то сейчас тем более выживем. К тому же тогда нас было мало, только в Москве было правозащитное сообщество, а сейчас оно во всех регионах. Именно сообщество! Мы знаем друг друга, общаемся, встречаемся, устраиваем школы. Вот сейчас в Московской Хельсинкской группе идёт Зимняя школа, и там, кстати, не только правозащитники учатся. Есть девушка из Коми, мама ребёнка-аутиста. Она озадачена, что дети-инвалиды выброшены из общества, не могут учиться. Эта девушка решила создать организацию из таких же родителей детей-инвалидов, и вот они своими силами сделали специализированные классы для своих детей. Да, она не правозащитник, но мы готовы всем помогать: автовладельцам, обманутым вкладчикам. Всем. До смешного! У нас в МХГ такой маленький зальчик, человек на 30-40, и там по вечерам собирается группа анонимных алкоголиков. Просто потому, что их никто больше не пускает. У нас же как относятся: негодяй, алкаш, а они просто больные люди, им помощь нужна. Вот мы им и помогаем, приютили. Просто наша страна должна излечиться от стольких болезней... Вплоть до терроризма. В прошлом году – метро, в прошлый понедельник – «Домодедово», а на Северном Кавказе и вовсе каждый день что-то страшное происходит.
— Почему именно они, такое ощущение, что НКО как раз самое последнее нововведение?
— В силу своей молодости. Российскому гражданскому обществу даже не 20 лет, а меньше. Оттого оно рыхлое, дезориентированное и доверчивое. Это всё от неопытности, ну и от традиций. У нас же в традиции, что мы - пыль, а власть - всё. Мало у людей чувства гражданского достоинства, осознания своих прав. Но всё-таки костяком, ядром этого большого, но рыхлого гражданского общества являются, как и везде, некоммерческие организации.
— Есть. И оно очень большое, потому что у нас гражданское общество это всё, что не власть. А так как власть у нас только исполнительная существует, то в российское гражданское общество входят все: и бизнес, и СМИ власти неподконтрольные, и политические партии, если это не партия власти. Но именно потому, что оно такое пёстрое, с разными интересами, разобщённое такое – оно слабое, неопытное.
— Начну с вопроса, на который ни разу не получила одинакового ответа. Есть ли у нас гражданское общество?
Фото: РИА "Новости"
Людмила Алексеева: «Когда все кричат «Россия без Путина», я не кричу»
1 февраль 2011 г., 19:06
Николай Лесков, русский писатель
* Человек есть социальное животное
Людмила Алексеева: «Когда все кричат «Россия без Путина», я не кричу» - Интервью - TOP.oprf.ru
Комментариев нет:
Отправить комментарий